Шестнадцать рубинов



«Я не знаю, что будет, когда ты уйдешь... У любви ведь нет «вчера» и «завтра»
Лариса Чен (с)

Как обычно неспеша возвращаюсь домой, по асфальту одетому в грязный кафтан из снега
Дорога от серого здания офиса до дома, словно язык ворчливой свекрови длинна...
Через парк во двор. У подъезда аптека. Ветви спящих деревьев покрыла инея седина.
В угол коридора как в детстве бросаю итальянские сапоги. Добрый вечер, мой дом!
Здесь, как старуха в богадельне, живёт за спинкой кровати призреваемое одиночество
В розетку двупалую руку электрического чайника. Обматываю ногу эластичным бинтом
Чтобы замолчала боль. Она колит нещадно и песни поёт богоборческие...
Промываю в одиннадцати холодных водах персидский рис. Нет! Сварю его позже
Смотрю на потолка чистый лист. Вниз по стенке скатываюсь на корточки. Боже...
Держу в руках письмо. Одно из последних, что целилось, как по мишени в мой ящик
Он называет меня мечтой... С той минуты, когда в первый раз прикоснулся робко
к чёрному водопаду моих распущенных, играющих с шепелявым ветром волос...
Он – моложе меня на шесть зим. Дорога чувств его по краю сумасшествия скользящая
Заговорена поэмою вечной любви, и засыпана лепестками капризных дамасских роз.
Мой тяжёлый выдох уносится в небо. Как сказать ему правду со вкусом полыни о том,
Что любить меня все эти годы нелепо. Я давно не умею держать удачу под каблуком...
Послушаю монолог тишины. Соберу в пучок тонкие стебли смелости. Позвоню ему!
– Здравствуй, романтик! Я на минуту. Мы не встретимся. Никогда! Не скажу – почему.
Нажимаю на кнопку как на курок. Вот и всё. Говорящий «Нет» отрезает живое – Да!
Через час его силуэт в дверной глазок. Не открою дверь! Для меня эта встреча- беда.
Мы не виделись несколько лет. Он не знает, что душа моя вынесла из ада событий...
У меня многоразовый билет в театр грусти, сцена которого дождями слёз умытая
– Открой мне! Я ждал этой встречи. Видел тебя во сне. Больше я никогда не уеду!
– Прощай и Прости... Не называй меня мечтой! Черти празднуют в этот час победу
– Что случилось? Я должен знать! Ты всегда была и будешь моей заветной мечтой
– Хорошо... Я скажу... Надоело лгать! Я давно живу в этом мире птицею теневой...
Он стоял за железной дверью в подъезде и, вздыхая, слушал мой полуживой монолог:
Однажды я разбилась на миллион осколков. Летели молитвы по небу к божьим стопам
Но Бог не увидел крылатых птиц моих. Ударом дьявола сломалось колесо двуколки**
Полёт без крыльев. Скорая. Наркоз. И прикоснулась через шрамы, боль к моим ногам
Висел на стене больничный календарь. Уколы. Белые горошинки лекарств. Костыли...
А ты не знал... Как боролись сильное «Я» и слабое «Я», за право оставаться мечтой
Проглатывая боль режущую беспощадно, словно дерева ствол зубами пилы...
Пролетели две весны... Переплетались грусть и надежда как узелки на старом кашпо
Перьевые подушки посылали мне сны. В этих снах ты шептал: Люблю тебя всё равно!
Люблю ли я тебя? Если забросить этот вопрос как ведро на скрипящей сети
в заброшенный колодец души... Да! Всем чертям назло, ведро наполнится чистой водой...
Навстречу счастью, я хромая, идущая босиком, по извилистому пути, шептала – ты мой!
И стала матерью для совести – ложь... Летели в сердце обрывки твоих красивых фраз
Помнишь? У нас был один на двоих тёплый дождь. Над чьими головами он сейчас?
Что было потом? Разбушевавшийся от обид мой мир, вскоре как вулкан успокоился...
Позже я познала полёт в другое небо. Самое холодное небо – скрипящий пол квартиры
Дни рассыпались как ноты по партитуре. Вчерашний день с завтрашним поссорился...
В театре передвижных картинок ночи, раёшные стихи*** читали мне страхи-задиры
И нет уже того водопада волос... Лишь чёрные ниточки с рассечёнными концами
Морщины, шрамы, рубцы на теле... В глазах нет света жизни. В душе идёт война
Скажи, готов ли ты принять меня такой, как море рыбу с вырезанными плавниками?
Да? Не лги ни мне, ни себе. Нет! Я не плачу! Не умеет плакать лютни оборванная струна
Я была мечта – теперь я -стена в мире чужих теней. В мире глухих, серых теней...
На механических часах, что на моём запястье надпись «шестнадцать камней»
С миллиметр в диаметре, цвета голубиной крови – шестнадцать рубинов...
Я лечу без крыльев по холодному небу выше, выше... Он ушёл – едва услышал:
Я та теперь... Которую Ты случайно встретив, без сожаления прошёл бы мимо...




Богоборческие*(Богоборчество) – антирелигиозная деятельность.

Двуколка**- двухколёсная повозка без рессор.

Раёшные стихи*- стихи, употреблялись в сценах народных драм.



24 января 2008 г