Стучащиеся ветки



Я проснулась на рассвете. Мне показалось, что голос мамы звал меня:

- Марина! Марина!

Открыв глаза, я услышала, как за окном дворник чистит дорожку от снега. Скрежет деревянной лопаты напоминал звуки чайной ложки, которой ребёнок ковыряет остатки йогурта в пластиковом стаканчике.

Я живу в девятиэтажном доме на втором этаже. Окна выходят на юго-восток.

Шапки ореховых, кленовых и абрикосовых деревьев летом защищает от жары. Орехи можно срывать руками прямо с окна. По утрам по веткам скачут белки. Так забавно за ними наблюдать. Когда абрикосы зелёные, они обгрызают мякоть, выплевывают и добираются до косточки. А когда абрикосы спелые, срывают их и надевают на сучок, наверное, для засушки. Зимой белки собирают кленовые семена.

Я попыталась вспомнить свой сон, но он растворился в море моей памяти, оставив лишь голос мамы произносившей еле слышно моё имя.

Мама... Она была очень мудрой женщиной. Редко ругала нас. Когда я училась в старших классах, то часто замыкалась в себе. На вопросы тёти, которая пыталась разузнать о том, что со мной происходит, я лишь отмалчивалась.

- Не угощай сытого хлебом и не лезь в душу тому, кто хочет побыть наедине с самим собой,- сказала мама тёте, когда та в очередной раз мучила меня своим любопытством.

Я поднялась с кровати и подошла к окну. Двор был засыпан снегом. К разрисованному снежными узорами окну прилипали белые тоненькие веточки. Вчера вечером возвращаясь с работы, я увидела валяющуюся на снегу разбитую бутылку и рубинового цвета заледеневшую лужицу вина. Мне вспомнился один эпизод из детства. Как-то мы возвращались с матерью и отцом из магазина. Была зима. На мне была кроличья шуба, пуховый платок, на руках зелёные варежки, которые связала мама. Мне было чуть больше десяти лет. Неподалёку от дома, у снежной насыпи я увидела такую же рубиновую льдинку.

- Папа смотри! Красный лёд! – воскликнула я.

- Это вино,- сказал отец уверенно. Но, отойдя несколько шагов, вернулся назад и присев на корточки начал разглядывать внимательней заледеневшую лужицу.

- Нет! Это кровь,- сообщил он, испуганно глядя на обернувшуюся в этот момент маму.

- Пойдём! – позвала его мама.

- Нет это вино. Или кровь? – гадал отец, прикасаясь пальцами к льдинке по форме похожей на кривую лепёшку.

- Хватит! Там был мужчина и всё тут! – заявила мама и, потянув меня за руку поторопилась прочь от этого места.

- Откуда ты знаешь? – догоняя нас, спросил отец.

- Только мужчина готов по поводу и без повода кровь или вино проливать. Женщина ценит вино. И уважает кровь. Ибо теряет свою кровь по двенадцать раз в году, а то и больше. А когда жизнь дарит, так вообще целой реки своей крови лишается! – хмуря брови, ответила мама. Отец молчал. Для меня мамины слова были открытием. Я не могла тогда понять, о чём она говорит.

А вот теперь, спустя почти сорок лет, я понимаю, что она имела в виду. Женщинам чужды даже драки, не то что войны в которых проливается кровь. Мужчинам наверное никогда этого не понять.

Папа умер, когда мне было чуть больше двадцати лет. Он был русским, но почему-то с украинской фамилией Коваленко. Когда я вышла замуж, то взяла фамилию мужа, но после развода не стала возвращать свою девичью. Все окружающие быстро привыкли к тому, что я – Ульянова. Странно немного. Ты отрезаешь себя от человека, но носишь его фамилию. Это всё равно, что от куртки распороть рукава и продолжать безрукавку называть курткой. Мама умерла спустя десять лет после смерти отца. Имя моей мамы – Павлина. Она родилась в Украине. Имела украинские и польские корни. Мама была очень похожа на актрису Элину Быстрицкую, ту, что играла в фильме «Тихий дон» роль Аксиньи. У неё были такие же яркие черты лица и добрые глаза.

Мама очень любила моего двоюродного брата Володю, сына её старшей сестры. Когда он был маленький, тётя не могла с ним сидеть дома. Её муж был в армии, ей надо было зарабатывать на жизнь. Моя мама поехала с племянником к родителям в деревню. Через некоторое время ребёнок заговорил, и первое обращение к тёте было слово «мама». Так всю жизнь Володя и обращался к тёте «мама Павлинка». И даже когда был взрослым на замечание своих родителей, которые сказали ему, чтобы он обращался к тёте как обычно принято, возмущённо ответил:

- А какая она мне тётя? Это же мама Павлинка. Володя часто повторяет фразу, которую она сказала ему, когда он был ещё подростком:

- Если тебя беспокоит то, что о тебе подумают глупцы, то ты глупее их. 

Мама научила меня без сожаления отпускать прошлый день. Любую свершившуюся неудачу она относила на день ушедший и не понимала людей, которые разжёвывают неприятности и носят их в себе годами.

- Не поливай плохие мысли слезами, и они не будут «свежими»,- повторяла она каждый раз, замечая мои заплаканные глаза.

Мама... Мне так захотелось в эти минуты снова стать ребёнком и обнять её крепко-крепко.

Если бы мама сейчас увидела мои глаза полные слёз, она, наверное, сказала бы:

- Всё у тебя хорошо. Красивая. Как Кишинэу. Так она по-молдавски называла Кишинёв, город в котором я родилась и выросла.

Первый раз я вышла замуж в двадцать четыре года. Прожив в браке пять лет, мы с мужем развелись. Не произошло ничего такого, что спровоцировало бы развод. Мы просто перестали быть друг для друга интересными. По вечерам мы сидели в разных комнатах и напоминали пассажиров на вокзале, которые лишь иногда задают друг другу вопросы, но каждый ждёт своего поезда. И я, и муж ждали счастья врозь. Я не знаю чего желал он, но мне больше всего хотелось родить ребёнка.

За всё время супружества я так и не забеременела. Ходила по врачам, принимала очень сильные уколы, после которых поднималась высокая температура, и меня трясло. Врачи не могли найти причин, из-за которых я не могла забеременеть.

Я с детства очень любила детей, легко находила общий язык с любым ребёнком. У меня в Херсоне живет двоюродная сестра Наташа, с которой мы очень близки. У неё двое деток. Младшенькая Настя родилась с отклонениями, очень поздно начала говорить и сестра старалась оберегать её от нервных потрясений. Однажды, когда Насте было около шести лет, я гуляла с ней по набережной, и на миг, отвернувшись не заметила, как она поскользнулась на плитах и упала в воду. В этот момент сестра, наблюдавшая за нами издалека, стояла окаменевшая и от ужаса не могла ни кричать, ни звать на помощь. К счастью, проходивший мимо мужчина бросился в воду и вытащил девочку из воды. Но этот случай был потрясением для Насти. С того дня она беспричинно плакала и капризничала. У Наташи начались скандалы в семье и она, что бы огородить Настеньку от стрессов попросила свою маму забрать девочку в Молдавию. Приехав в Кишинев, Настя захотела остаться со мной, а не с бабушкой. Мы жили вместе с ней почти полгода. Мы играли, рисовали, читали по вечерам «Семь подземных королей». Я повесила на люстру фосфорные бусы, чтобы она не боялась засыпать. Нам было очень хорошо вместе. Настя потихоньку приходила в себя и когда Наташа увидела свою дочь жизнерадостной и улыбающейся, то не было матери счастливее её.

Наташа к тому времени начала увлекаться спиритизмом. В Херсоне она знала всех ясновидящих и гадалок. Приехав в Кишинёв за дочкой, она уговорила меня провести в моём доме спиритический сеанс. В тот период жизни я уже вышла замуж во второй раз за старого знакомого. Я очень надеялась, что у нас с Валиком будут дети.

Мне было немного страшно, но я с интересом наблюдала, как Наташа начертила на листе круг и разделила его на сектора. Их количество было столько же, сколько букв в русском алфавите. В центр круга она направила острым концом цыганскую иголку с двойной нитью и держала её так, чтобы игла могла свободно вращаться. Тупым концом игла слегка покачивалась к краям круга, указывая на букву. Перед началом сеанса Наташа прочла заклинание при зажженных свечах. Она объяснила мне, что из букв должны получаться слова, а далее предложения связанные по смыслу. Наташа вызвала дух моей матери, которой не было в живых уже почти два года.

Наташа читала всё, что показывала иголка по буквам, а я в испуганно-завороженном состоянии записывала всё в тетрадку. После сеанса я долго сомневалась в правдоподобности того, что записанное моей рукой было обращением духа моей матери. Я спрятала тетрадку между книжками на полке и вскоре обо всём забыла.

Чуть позже Наташа предложила мне поехать в Херсон и походить по ясновидящим.

 – Может они тебе помогут забеременеть. Ты ничего не теряешь. Это же не лекарства,- уговаривала она меня. Я, недолго думая, согласилась. К тому времени мне было уже тридцать четыре года и мечта о ребёнке всё ещё жила во мне, обрастая то печалью, то надеждами. Я ходила неделю к одной ясновидящей. Она учила меня молиться и советовала пойти в храм, чтобы обратиться к иконе Богородицы, которая мне больше нравится.

Я выбрала Иверскую. И позже, где бы я ни оказывалась, мне попадалась эта икона. Зайду к кому-нибудь в дом, а там икона Богородицы. Смотрю-Иверская!

Как-то раз ясновидящая послала меня в большой храм в Херсоне. Сказала, что там будет выставлена икона Божьей Матери «Нечаянная радость». К сожалению, у нас в Молдове нет этой иконы.

- Иди к этой иконе и проси, что бы она послала тебе нечаянную радость. Проси то, чего ты больше всего хочешь,- убеждала она меня. Я так и сделала. В церкви стояла возле этой иконы, плакала и просила у Богородицы ребенка. Просила прощения за обиды, которые я принесла людям.

В следующую ночь мне приснился сон, что я стою на коленях в церкви и молюсь. Проснувшись, я решила пойти в храм на вечернюю службу. Во время молитвы мне очень захотелось встать на колени возле Иверской иконы. Не раздумывая, я опустилась на колени.

Перед моим отъездом из Херсоны, Наташа снова провела сеанс спиритизма.

- Церковь же против таких сеансов,- осторожно сказала я, вспоминая как молилась недавно в храме.

- В последний раз!- уговаривала меня Наташа. Я робко согласилась.

Сестра вызвала дух своего покойного отца. Вовремя сеанса вдруг зазвонил телефон, но Наташа, не отвлекаясь с дрожащим голосом, произнесла над кругом:

- Марина я вижу, как ты рожаешь. Будет у тебя мальчик.

Почти через год, в начале февраля у меня родился сын. Я назвала его Владимиром. Первые слова он сказал, когда ему было десять месяцев. Еще не говорил ни мама, ни папа. Стоя в манеже, замахал ручками произнёс «Хата-хата, дунга-дунга». Я так и не поняла, что он имел в виду. После этого до полутора лет Вова ничего не говорил, кроме слова «мама». Чуть позже своё имя он произносил – У. Если просил что-то, то говорил:

-Дэ У. Что означало: Дай Вове. Потом уже ближе к трём годам стал называть себя – Оуа. Бегая по квартире, он кричал:

- Оуа бебик! Так он комментировал, что Вова бегает.

Когда мы гуляли на улице, я все время держала его за руку. И если сердилась или была не довольна его поведением – выпускала его ручку из своей. Он засовывал ручонку мне в ладонь и требовал:

-Делзи кйепко! Кйепко делзи!

Недавно он признался мне, что помнит это, и что в тот момент очень боялся, что я его оставлю. Ещё он боялся снимать водолазку. Одна была с очень тугим горлышком. Ему казалось, что он задохнется или останется внутри.

Когда Вове исполнилось четыре года, он как-то спросил у папы:

- А как ребёнок попадает в живот к маме?

- Папа кладет маме на живот семечку и из неё вырастает ребёнок,- ответил, шутя муж.

Тётя Лена, мама Наташи раньше жила в городке Хынчешть. Старое название – Котовск. Каждое лето мы ездим к ней в гости. Дети называют Елену Прокоповну – Лена Укроповна. Её невозможно не любить. Она очень весёлая и всех смешит выдуманными словами.

Всякие хозяйственные принадлежности: масленка, скалка, и все такое прочее обзывает – дребижины. А свои тетрадки с записями кулинарных рецептов и всякую мелочь, которая может лежать возле них – тармухи или шландапуты. Блендер называет – блендаметер или фырды-пырды. Ещё она любит считать. Считает все подряд. Сколько посуды перемыла, сколько блюд съела на завтрак, сколько сэкономила на чем нибудь.

- Надо купить хлеб-раз, молоко-два, спички три,- считает она вслух каждый раз собираясь в магазин. Вову она называет: дылда здоровецка или морда не выпарена.

Тётя Лена завела для детей коз, чтобы поить внуков молоком.

Утром коз на пастбище отгонял дед, а вечером забирать ходила целая ватага ребят.

И вот однажды беременная коза никак не могла разродится. Мама Наташи, переживая весь день, ходила в загон.

- А что ты туда-сюда ходишь? Нужно ей семечки положить на живот, тогда родит,- посоветовал тогда мой сын. Все тогда засмеялись и чтобы угодить Вове дали ему в ладошки семечки подсолнуха. Вова подошёл к козе и насыпал на её живот семечки. Через час коза родила.

Я зашла в комнату Вовы. Он спал, по пояс, укрывшись одеялом.

Я погладила его по голове и шёпотом произнесла:

- Радость ты моя, нечаянная!

Вова поморщил нос, но не проснулся. Рядом с кроватью на столе лежали его фотографии с Хеллоуина. В тот день он прибежал домой вечером с разукрашенным лицом и довольный собой рассказывал мне:

- Мы разукрасились с друзьями, и пошли в центр города! Стоим возле арки и видим, идут наши «братья» тоже с разрисованными лицами! Потом к нам подошли какие- то пацаны, и попросили накрасить их тоже! Потом подошли ещё люди, с просьбой разрисовать их и так собралось человек двадцать пять! Я не преувеличиваю! Представляешь мам, мы так весь день ходили и пугали всех и смеялись!

Я слушала сына и вспомнила как в день своего рождения, когда ему исполнилось шесть лет он подошёл к зеркалу и, глядя на своё отражение с недоумением произнёс:

- Вчера было пять лет, а сегодня уже шесть, но лицо такое же, как и в пять!

Ему скоро уже пятнадцать лет. С самого момента его рождения мы почти не расставались с ним. Все выходные и каникулы проводили вместе. Первый раз мы отдыхали врозь в прошлом году. Я отвезла его погостить к Наташе в Херсон, а сама отправилась с сотрудниками в поход.

Наплавалась в Днестре. На байдарке с инструктором переходила пороги. Как раз был праздник Ивана Купала. Мы с девочками плели венки. Правда, цветов не было, и мы делали их из веточек деревьев. Получились очень красивые. Вставили в них свечи и ночью пустили по реке. Из камыша сделали «соломенное чучело» и по обычаю подожгли его, а молодежь прыгала через большой костер, выгоняла из себя злых духов.

Все эти дни я думала о сыне. Мне было тоскливо от мысли, что когда-нибудь мне придётся с ним расставаться часто. У него будет жена и дети. А я всё реже буду видеть его.

До Нового Года осталось два дня. Я решила прибраться в доме. Чтобы не будить Вову шумом, начала с уборки книжного шкафа в гостиной. Это самый любимый момент в процессе уборки. Иногда перебирая книги, журналы и свои бумаги я забываю о обо всём и, перечитывая старые книги, присаживаюсь на диван, за час, другой откладывая дела.

В этот раз протирая пыль на самой верхней полке, я заметила тоненький переплёт тетради среди книг. Когда я увидела первый листочек зелёного цвета и свой почерк, по моей спине пробежали две волны лёгкой дрожи. Одна холодная, другая тёплая. Такое же примерно состояние я испытала, когда отдыхала в прошлом году в Херсоне. По пути на море мы заехали на йодисто-соленое озерцо. Вода в нем была цвета йода. Оно очень мелкое. Можно только лежать, тогда ты полностью погружен в воду. В озере два источника. Один холодный, другой горячий. Вода смешивается, и получается поток то холодной, то горячей воды. Я сделала выдох и начала читать:

«Мне много тебе надо сказать, Марина. Реши проблему с моим золотом. Дай Наташке, пусть сделает тебе на память крест. Освяти его и носи. Пусть он тебя оберегает. Ребёнок будет замечательный. Сын. У него будет сестра, но от другого отца. Тогда мне можно будет жить на Земле, с тобой дочка. ( Ей душа вселится в девочку). Лучше слушайте меня и не перебивайте. Маринка, живи, как душа хочет, но ты должна знать, что сын твой это жизнь твоя. Он тебе поможет жить в трудных условиях. Храни его Бог. Ты должна верить мне и жить верой в меня. Я могу дать тебе урок Наташка. Никому не говори о себе, когда уедешь за границу. Ты уедешь скоро, но муж должен думать, что ты уехала к маме. Он тебе помешает уехать. Молчи. И Марина должна своей силой тебе помочь. Марина ты можешь заставить людей сделать всё, что тебе надо, но не злоупотребляй своей силой. Ты заметила? Что бы ты не задумала, всё исполняется и ничто не может тебе помешать. Ты можешь получить силу от своих икон в храме «Матерь Божья и икона „Нечаянная радость“. Когда пойдёшь в церковь, душа тебе подскажет. Ходи в церковь на каждый святой праздник. Ты заряд сил получишь в эти дни наибольший и каждый раз, когда думаешь обо мне. Но праздники не пропускай. Это твои силы и святые работают с тобой. Будь хитра с мужем. Он тебе не говорит многое, о чём думает. Береги его, он может запутаться в зле. Работа у него хорошая, а люди рядом его не понимают и могут ему причинить боль. Скажут о тебе плохо, и он не выстоит. Береги его. Пусть ищет другое место, у него есть шанс. Но только пусть не медлит. Скорее уходит. Он не выдержит зла, которое идёт к нему. Помоги ему Марина. Убеди его найти другое место. Наташка уедет и Вам будет легче. Она Вам поможет. Когда... Володя, я рада тебя видеть. Мне непонятно почему ты живёшь один как бобыль. Я прошу тебя, береги маму. Она думает, что нога её пройдёт, но она глубоко ошибается. Помоги ей поехать лечить ногу. Она может её потерять. Пусть сначала к Наташке, а потом я скажу куда дальше. Мама может остаться без ноги. Убеди её. Коля ей говорил, но она его не слушает. Огород ей важнее, чем здоровье. Сядь, Володя и слушай, как надо помочь семье. Ты и Валик двое мужчин, которые думаете о родных. Муж твой Наташка не способен думать ни о ком, кроме как о себе. Володя, скоро удача поможет сделать задуманное тобой дело, но среди твоих друзей есть женщина, которая может тебе помешать. Не надо смеяться. Верьте мне, дети. Молчи и никто кроме твоих родных не должен знать о твоих планах. Эта женщина очень злая. Ты пока этого не знаешь, но скоро ты поймёшь, что она способна на любое зло. Ищу её книгу. Мне пока ещё не могут показать. Жди. Её зовут Катя. Её имя по паспорту Лена. Она есть в твоей памяти. Думай. Мне надо тебе сказать дочка. Будь такой доброй, как ты хочешь быть. И никто тебе не сможет причинить зло, которое заставит тебя обмануться. Я ухожу. Иди к нему и уговори поменять работу. Ты можешь помочь ему. На их род легло проклятие за то, что его предки убивали людей. Да есть люди, которым подвластно это. Да. ( Люди, которых мы знаем) и есть ещё много. Его мать ему не поможет. Он может поверить только тебе»

Я стояла без движений посреди комнаты и не знала, как собрать и понять паутину своих мыслей. Что такое мысли? Невидимая стенография чувств? Шпаргалки нашего подсознания? Перебирая «ниточки» вопросов и ответов я подумала:

- Из одной мысли может родиться целая жизнь...

Уже несколько лет Наташа не занимается спиритизмом. Кто-то её убедил, что это большой грех. Она так и не уехала за границу хоть много раз и собиралась

Я действительно уговорила мужа после сеанса спиритизма поменять работу.

У моей тети артроз коленного сустава. Она совсем не может ходить. С каждым годом ей становится все хуже и хуже. Мне стало жаль свою тётю Лену.

Первый раз я услышала про икону «Нечаянная радость» от женщины, которая меня послала в церковь, а ведь дух мамы мне о ней сказал гораздо раньше.

Я спрятала тетрадку между книг и направилась будить Вову, чтобы он помог мне с домашними делами. Мы украсили ёлку. Закупили продуктов. Я испекла медовый пирог.

День медленно угас, насытив меня воспоминаниями.

Если выключить в комнате свет, вечером, когда зажигаются огни фонарей из переплетённых между собой веточек, которые составляют контуры, можно увидеть на окнах разные картины. То это голова змеи с большим глазом, то дракон с крыльями. Я люблю такие образы рисунки, которые показывают тени. Ещё люблю засыпать ближе к полуночи, когда неторопливо, подталкиваемые ветром, рассказывают о чём-то важном стучащиеся в окна ветки. Нужно только услышать...