Вредина



«Люди — боги. А боги больны одиночеством»
Сибирь (с)

Вечерний Кокшетау особенно красив, когда горы засыпают до рассвета...

Возвращаясь домой по улице Абая освещённой трёглавыми фонарями, Лара увидела на небе цвета синего шёлка с росписью созвездий в технике батик*, убывающую луну похожую на серебряный рог. Лара любила родной Кокшетау, который так же как и другие города Казахстана постигла участь переименования от имени до названий улиц, школ и институтов. Улицы и города тоже получают псевдонимы. И у каждого города как у книги есть своя история. Три века назад Кокшетау был центром национально-освободительной борьбы. Здесь, в окрестностях, собирались прославленные батыры со своими ополчениями.

Слушая как скрипит под ногами снег, она повернула на Центральную площадь мимо арки и колонн, за которыми находился городской парк.

Слой снега, который засыпал тротуары, улицы и клумбы города был похож на белый густой крем, а зажжённые фонари напоминали свечки украшающие торт.

До нового года оставалось четыре часа.

Дом под номером тридцать восемь , в котором жила Лара, находился по улице Средней, и представлял собой старинное одноэтажное деревянное здание с красивыми узорами на стенах. Когда-то этот дом принадлежал богатому купцу, а теперь он был разделён на три квартиры.

Снимая в прихожей длинное чёрное пальто, она направилась на кухню. Наливая в чайник воду, она услышала стук в дверь. Поторопившись к двери, Лара посмотрела в глазок. В подъезде не было света.

— Кто там? — спросила она и услышала повторный стук в соседскую дверь.

-Опять показалось, что стучатся ко мне, — с грустью подумала Лара.

Одиночество всегда ждёт стук в дверь.

Она увидела себя в зеркале на дверце шкафа в коридоре. Чёрное до пят трикотажное платье сливалось с густыми до пояса волосами цвета маренго**. Зелёные большие глаза, были похожи на два камушка яшмы зеленовато-голубого цвета. Её не накрашенные полные губы были бледно- розовые как набухшие в компоте вишни.

В последнее время она надевала вещи чёрного цвета и пыталась выглядеть неприметной. Перестала пользоваться косметикой и носить украшения. Мир постепенно терял для неё светлые краски. Темнеющий мир не пугал её...

Лара не хотела встречать Новый год одна. Её родители уехали к родственникам. Подруги почти все были замужем, и собирались справлять праздник в семейной обстановке.

С сотрудниками отметили праздник два дня назад. Согревшись после чая, Лара заснула на старом диванчике, укрывшись пледом.

Проснувшись от громкого смеха за окном, она посмотрела на часы. Стрелки настенных часов показывали одиннадцать часов. Лара всё же решила пойти к школьной подруге. Торопливо укладывая в пакет приготовленные заранее подарки, она выскочила из дома.

Через несколько минут оказавшись на соседней улице Советской на углу которой жила её подруга, она облегчённо вздохнула, увидев свет в её окнах. Напрашиваться в гости ей не хотелось, и поэтому она решила зайти как бы по пути и отпраздновать Новый год в её семье.

— О, привет! — воскликнула Зарина увидев на пороге подругу.

— С Наступающим! Ура! — закричала Лара, обнимая Зарину.

— Я тут по дороге забежала поздравить, — начала оправдываться Лара.

В гостиной сидел уже пьяный муж в домашних трико и серой кофте. Увидев Лару, он поцеловал её в щёчку и потянулся к бутылке шампанского, чтобы наполнить бокалы. Зарина начала суетиться, накладывая салаты в тарелки для гостьи.

— А где доча? — спросила Лара.

— Заснула уже, — ответила Зарина.

— Ну, рассказывай, какие у тебя новости? Я тебя больше года не видел, — обратился к Ларе муж Зарины.

— Да, вроде никаких.

— Замуж собираешься?

— Нет

— Почему? — продолжал он интересоваться

— Рано мне ещё, — смеясь, ответила Лара.

— Ничего себе рано ей. Тебе почти тридцать.

— Что ты к человеку пристал? Ну, давай подруга скажи тост.

— С наступающим Новым годом Вас! Пусть в Вашем доме всегда будет радость, — начала говорить Лара улыбнулась.

— Пусть снежинки, тая на ладонях вашей дочурки, напомнят о том, что в мире много тепла. Загадайте желания под бой курантов. Я уговорю ангелов исполнить их. Пусть в Новом году будут счастья столько, сколько не было за всю жизнь! Пусть всё сложится в жизни, так как Вы желаете. Пусть что-то похожее на сказку войдёт в Вашу жизнь. Через сны... Через открытые окна... Пусть счастье приходит в дом как декабрьский снег...

— Ой, как я люблю слушать твои тосты! Умничка! — сказала подруга, отпивая игристое вино.

— И всё- таки нужно выйти замуж. Вот сейчас не шаталась бы по гостям, а встречала бы Новый год с мужем. Это же семейный праздник. Его нужно отмечать в своей семье, — произнёс муж подруги, наливая в свою рюмку водку. Лара еле проглотила кусочек курицы. Она улыбнулась, скрывая боль.

— Помолчи а? Не слушай его. Куда ты пойдешь? С нами встретишь. Уже полчаса осталось.

— Ой, правда! Я засиделась у Вас. Меня же сотрудницы ждут. Там девичник. Я пойду, — солгала Лара.

Оказавшись на улице, Лара стояла грея руки от мороза и думала к кому можно зайти на огонёк. Через дорогу жила знакомая медсестра, с которой они дружили.

— Точно! Как я сразу не догадалась! Лилька одна живёт. Мужчины у неё нет, родители далеко. Вместе и встретим Новый год, — подумала Лара, торопливо направляясь к дому Лили.

— Поздравляю! — крикнула Лара, когда Лиля открыла дверь.

— Держи подарки. Я звонить не стала, хотела сюрприз сделать, — лепетала Лара и собралась уже снимать пальто, как в коридоре появилась женщина преклонных лет с замотанным вокруг головы платком. Лара сразу же узнала её.

— Ой, здравствуйте! С наступающим Вас! А Вы мама Лили да? Я видела Ваши фотографии. С приездом Вас! — растерянно произнесла Лара. Женщина с презрением посмотрела на неё и прошла мимо.

— Мам, это Лара познакомься, — проговорила ей вслед Лиля и виновато посмотрела на Лару.

— Ой, прости. Я на минутку забежала. Меня ждут. Пока!

До новогодней полуночи оставалось десять минут. Лара разделась, не включая в квартире свет и отключив телефоны, легла на диван.

— Я не буду плакать. Это не навсегда. Подумаешь один Новый год в одиночестве. Я сейчас быстро усну, — успокаивала себя Лара, прижимаясь к спинке дивана, чтобы согреться.

— Уррра! С Новым годом Земля! — кричали на улице люди под бой курантов. Послышались звуки хлопушек. Небо переливалась искрами разных цветов.

Лара закрыла лицо пледом и разрыдалась.

— Прости меня Господи! Я же дала себе слово быть сильной. Я же старалась. Не позволяла себе думать о Расиме. Решила начать всё сначала. Не получилось. Почему так больно Господи? — вытирая слёзы краешком пледа обращалась она к Всевышнему.

На следующий день, прогуливаясь по городскому парку в котором дети строили из снега

эскимосские хижины «иглу», она встретила друга Расима. Он играл в снежки с трёхлетним сыном, и, заметив Лару, подбежал к ней стряхивая с себя снег. Она не встречала Хамзу больше двух месяцев. Последний разговор их закончился ссорой. Он тогда пригласил её на свидание, и Лара отказала ему. Ей было сложно принять то, что близкий друг Расима мог пойти на подобный шаг.

— Как дела? — спросил Хамза.

— Нормально.

— Значит не нормально. Не скажешь, что случилось? Сильная да?

Только вот замкнутость не всегда сила... Иногда чтобы выговориться, тоже нужна сила

Если тебе нужно будет поговорить, знаешь как меня найти. Мир такой большой, а высказаться иногда некому. Словно все на пробки закрыты и повесили знак: «Вход воспрещён» — произнёс Хамза, и посмотрел в глаза Ларе.

— А как твои дела?

— Переводишь тему. А я вот хочу задать тебе личный вопрос.

Ты же сейчас одна? Как ты без мужчины обходишься? Физиологическая потребность женщины в мужчине должна удовлетворяться регулярно.

— Природа природой, но... Для здоровья секс может и полезен, а вот если у тебя вызывает отвращение просто секс с чужим мужчиной, то, как тогда быть? — пытаясь скрыть свою обиду произнесла Лара.

— Понятно. Тебе не хватает секса на самом деле...

— Я тебе хоть раз сетовала на эту часть своей жизни?

— Нет.

— И вообще, откуда тебе знать одна я или нет?

— Мы живём в маленьком городе. Здесь всё друг про друга знают. Мне даже известно, что в тебя влюблён один архитектор. Но ты его отвергла. Почему?

— Нужно думать о чужих чувствах тоже. Я не могу начать отношения с мужчиной, который в меня влюблен из — за своих потребностей, потому что он привяжется сильнее и разрыв будет очень тяжело переживать, — дрожащим голосом ответила Лара и отвела глаза в сторону проезжей части.

— Я всего лишь высказал тебе свою точку зрения. Я давно наблюдаю за тобой. Наблюдаю со стороны как ты живёшь.

— Иногда чья-то глупая точка зрения становится запятой, за которой родится боль.

Наблюдаешь? Я лезу на стены? Ахаю перед тобой? Липну к тебе? Прошу о встрече?

— Если бы ты просила о встрече... От тебя дождёшься... Нет, ты не лезешь на стены, не ахаешь, но твое поведение... Ты замкнулась в себе.

— Пусть...

— Почему не полюбишь сама кого-нибудь?

— Невозможно специально полюбить...

— Нужно просто полюбить ...

— Это не просто...

— И не так сложно... Лара, я чувствую, что разозлил тебя, но ... В такие моменты, когда ты сердишься, ты ещё красивее...

— Хамза мне пора...

— Ты всё ещё думаешь о нём? Он умер! Его уже никто не вернёт!- раздражённо выпалил Хамза.

— Для меня он жив! Каждый раз, когда я пытаюсь начать отношения с мужчиной, я чувствую себя предательницей! Какой к чёрту секс? Мне никогда не вернуть, то, что было, — роняя по слезинке, произнесла Лара.

— Так ты никогда не освободишься от прошлого. С такими мыслями лучше вообще не жить, — произнёс Хамза, и со злостью посмотрел на Лару.

— Спасибо за совет не жить... Я подумаю, — сказала Лара и, развернувшись, ушла в сторону выхода из парка.

Лара сидела на коврике и рассматривала фотоальбом, который после гибели Расима завернув в платок, она спрятала на антресоли. На одной фотографии они стоят под зонтом и улыбаются. Она вспомнила, как они гуляли по городскому парку в один из весенних дней.

— Я так хочу, чтобы тебе скорее было пятьдесят лет, — сказал тогда Расим.

— Почему? — удивилась Лара.

-Чтобы ты постарела, и на тебя не смотрели мужчины. А я перестал бы ревновать, — ответил он улыбаясь.

— А ты не перестаешь меня любить, когда мне будет много лет? — спросила Лара.

— Нет. Лара, я давно хотел давно тебя спросить. Ты не знаешь границы страсти? Граничит ли страсть с грубостью? Мне в постели хочется иногда быть немного грубым, но я боюсь тебя ранить...

— Границы есть. Страсть иногда граничит с грубостью, но любимому прощается два три шага перехода за границу. А чужому не простится и тысячи километров до границы, — ответила Лара и обняла его.

— Знаешь, о чём я подумал, когда увидел тебя в первый раз?

— О чём же?

— Что мне твоя грусть. Она как вуаль скрывает причины твоих радостей. Я тогда подумал, что знаю, какой тебе нужен мужчина.

— Какой же? — улыбаясь, спросила Лара.

— Мужчина — стихия. Который бы разбудил буран. Только стихия может и уничтожить, — ответил Расим, и они рассмеялись.

— Мне нужен только Ты...

Продолжая листать альбом, она остановилась на фотографиях где они вместе отдыхали в Боровом. Среди скал, в одной из пещер он тогда в первый раз признался ей в любви.

На следующей фотографии Лара с Расимом на горнолыжной базе.

— Что ты хочешь от жизни? — спросил Расим, когда они возвращались с лыжной прогулки. — Много чего!

— Это самое главное. Только мёртвая душа хочет мало.

— А если бы не познакомились со мной, ты бы верила, что встретишь любовь? Не зная как меня зовут, как выгляжу и чем занимаюсь. Смогла бы ждать?

— Ждать неизвестность? Не знаю... Так можно и всю жизнь прождать, — растерявшись, ответила Лара.

— Так это и есть высшее проявление любви — ждать, даже если нужно всю жизнь,- добавил Расим.

— Твои слова похожи на тебя, — сказала Лара, посмотрев в его чёрные с густыми ресницами глаза. Волоски его чёрных бровей торчали в разные стороны как клочки шерсть на лапках персидского кота. Лара любила поправлять его брови, надавливая подушечками пальцев. В такие моменты Расим как околдованный застывал, и закрывал глаза.

— И слова и поступки похожи на людей, — добавил тогда Расим, и крепко прижал её к себе.

На следующей фотографии он мчится на своём гоночном автомобиле, и брызги весенних луж, как вода в фонтане застыли в воздухе. На другой фотографии он сидит на капоте своего Mitsubishi Lancer, и, улыбаясь, держит кубок победителя после возвращения из Ташкента, где проходил международный турнир по авторалли. Гонка тогда была очень сложной. На старт вышло двадцать машин, и лишь половина из них смогли добраться до финиша. Гонщикам пришлось преодолеть триста шестьдесят километров по горным трассам. На следующей фотографии Расим с друзьями, среди которых и Хамза отмечают его победу на автогонках, которые проводились на Кокшетауской трассе.

И последняя фотография, сделанная восемь месяцев назад. В тот день он выиграл второй заезд и поднялся на первую ступень пьедестала. Роковым оказался третий заезд...

Расим вырвался вперёд, но в одном из скользких виражей его автомобиль поскользнулся и вылетел с трассы. Она помнит, как горела машина Расима... Лара не смогла к нему пробраться через толпу механиков и врачей. Она увидела его лишь спустя четыре часа, в больнице, когда врач сообщил, что он уже погиб... Ей после гибели Расима, долго ещё слышался визг резины из- под колёс...

Закрывая альбом, Лара обняла колени и зарыдала.

— Расим! Я знала, что встречу тебя. Но не думала, что должна буду потерять. Кому на небесах, и за какие грехи я оказалась должна? Когда мы были вместе, ты был согласным звуком в слове «смысл». А когда ты погиб, это слово потерялось... И так потерялся смысл в моей жизни. Смогу ли я найти смысл сильнее твоей любви в своей жизни? Нет! Потому что тебя в моей жизни уже нет... Я не могу без тебя! А когда умела и могла, это была не я... Лара уступила трон самозванке, которая может без тебя жить. А куда ушла я? В прошлое. Туда где есть Ты... Я хотела покинуть этот мир вместе с тобой... Но ты ушёл один и оставил меня одну... Если я должна остаться здесь, — отпусти меня! — причитала Лара слова, вырывавшиеся из груди, но лишь картины и книги в доме слышали этот разговор, с человеком которого больше нет...

В косметической компании, в которой работала Лара, готовились к презентации новой партии косметики из Швейцарии.

— Лара на следующей неделе ты поедешь в командировку в Алматы. Встретишься с представителями итальянской компании, которые приедут туда заключать договоры. Как лучший менеджер, ты будешь представлять нашу компанию, — объявила начальница отдела продаж на совещании. Она была полная словно надутый матрас, в который хочется провалиться и спать долго.

В выставочном зале суетились сотрудницы. Наблюдая за ними, Лара улыбнулась.

— Я беременна, — сообщила новенькая Оксана своей подруге.

— Что на этот раз скажет твой парень? Ты уже делала аборт,- возмущалась Кристина, тоже менеджер.

— Не знаю...

— Дура!

— Знаю, — обиженно произнесла Оксана.

— Ты только одно знаешь, что ты дура,- добавила Кристина и начала глазами искать секретаря Ольгу. Заметив её у окна с телефоном в руке, она крикнула:

— Оля! Хватит болтать по телефону с мужчинами! Ты позвонила насчёт рекламы?

— Я не болтаю, а кокетничаю! Кокетство — это моя борьба с авитаминозом, — смеясь, ответила та, и поправила причёску.

— А я думала, что это аллергия на одиночество, — съязвила Кристина, которая с утра была чем-то раздражена.

Через неделю Лара вернулась с командировки. Все сотрудницы заметили, что она изменилась. Лара появилась в офисе в белом кашемировом полупальто. На лице был яркий макияж. К концу рабочего дня в офис доставили корзину алых роз с открыткой для Лары. Женщины восхищались цветами и засыпали Лару вопросами.

— От кого? Кто такой Эд? Ты что в Алматы с ним познакомилась? Сколько ему лет? Какой он? Лара лишь улыбалась в ответ и переводила тему. Когда она выходила из кабинета, то сотрудницы начинали гадать кто такой Эд.

— Ой, через неделю день святого Валентина. Не знаю, что подарить своему болвану,- сказала Кристина, обращаясь к Оксане.

— Подари утюг, — предложила Ольга.

— Ты что с ума сошла? — возмутилась Кристина.

— А что? Нужно дарить такие подарки, которые к нам вернутся, — смеясь, сказала Жанна.

— Лара, а ты что подаришь своему Эду? — спросила Оксана.

— Не знаю. Сегодня после работы собираюсь поискать что-нибудь подходящее.

— Я пойду с тобой,- заявила Кристина.

В ЦУМе почти не было людей. Кристина купила своему парню одеколон. Лара долго не могла подобрать подарок. Оказавшись в отделе мужской одежды, она заметила красивый свитер цвета шелковичных коконов.

— А другие размеры у Вас есть?- спросила продавщицу Лара, рассматривая свитер.

— Нет. Он один в этой коллекции.

— Ты не уверена, что подойдёт? Какого роста Эд? Руки длинные? — интересовалась Кристина. В этот момент в отдел зашёл светловолосый высокий мужчина.

— Как он,- ответила тихо Лара, показывая на незнакомца взглядом.

— Мужчина! Можно Вас использовать как мужчину? — обратилась к нему Кристина.

— В каком смысле? — улыбнувшись, спросил незнакомец.

— Ну, у каждого случая свой смысл. Сейчас нам нужно чтобы Вы примерили этот свитер, — кокетничая на манер Ольги, ответила Кристина. Мужчина примерил свитер.

— Как раз! Берём! — заявила Кристина, и послала мужчине воздушный поцелуй в знак благодарности. Упаковав подарок в серебристую фольгу, и украсив ленточным бантом, Лара направилась домой. Не успела она открыть дверь своей квартиры, как за ней в подъезд вошел курьер с корзиной фруктов и букетом лилий.

На открытке была подпись: Люблю! Твой Эд.

Лара поймала себя на мысли, что не испытывает радости от этих сюрпризов. Привычно укрывшись пледом, она прижалась к спинке дивана, утопая в бурлящих мыслях разных оттенков...

Спустя три недели, возвращаясь домой мимо здания городского акимата, на месте которого когда — то находилось уездное народное училище, в котором преподавал Владимир Чайковский, брат великого композитора, Лара стряхнула снег с высокой голубой ели, украшенной золотистой мишурой, которая, свисая с веток, напоминала аксельбанты на мундирах офицеров роты почетного караула.

— Добрый вечер! — услышала Лара мужской голос за спиной.

— Добрый...

— Меня зовут Алан,- представился мужчина. У него было вытянутое лицо и большие карие глаза.

— А я Лара.

— Продолжайте, — попросил незнакомец улыбаясь. Лара растерялась.

— Кажется, нужно сказать — очень рада познакомиться... Или хорошая погода...

Незнакомец рассмеялся.

— У Вас знакомее лицо. Вы меня разыгрываете? — спросила Лара.

— Возможно,- ответил Алан подмигнув.

— «Возможно» — нейтральное слово. В нём сливаются «Да» и «Нет», — обиженно произнесла Лара.

— А Вам всегда хочется слышать «Да»?

— Я не люблю алкоголь и три слова: «Всегда», «Никогда» и «Прощай!»

— А алкоголь причём? — продолжая смеяться, интересовался незнакомец.

— Вместо спецэффектов,- холодно ответила Лара и посмотрела в его глаза.

— Ну, леди я совсем запутался.

— Все мы иногда путаемся ... Как шёлковые нити в собственных мыслях и чужих глазах. — Вы позволите вас распутать?

— Нет.

— Вы меня не помните?

— Нет.

— Я примерял свитер для Вашего молодого человека. А потом встретил у общих друзей Кристину.

— Ах, да...

— Ему понравился Ваш подарок?

— Да...

-Я рад. Кристина сказала мне, что он в другом городе. Вы позволите Вас проводить? Темно на улице, а Вы одна...

— Хорошо. Но в первый и в последний раз. Сами понимаете, город маленький. И перейдём на Ты, — произнесла Лара, оглядываясь по сторонам.

— С кем живёшь? — спросил Алан, когда они проходили мимо здания санэпидемстанции. — Ты следователь? Или исследователь?

— Ну, что-то есть во втором ...

— Заметь, я не задаю тебе личных вопросов Как ты думаешь — почему? — спросила Лара и отвернула в сторону взгляд.

— Потому что ты не исследователь, — смеясь, ответил Алан.

— Ты собираешься замуж?

— Это имеет значение?

— Значения не имеет, но интерес остаётся не утолённым ...

— Моя мама говорит в таких случаях: Не задавайте человеку личных вопросов. Редко Вы услышите правду. Или Вам подадут сокращенную до минимума правду. Позже, в зависимости от доверия, Вы узнаете все в другом цвете, — добавила Лара, и, попрощавшись с Аланом, забежала в подъезд.

На следующий день, выходя из офиса, Лара увидела с хризантемами в руках Алана неподалёку от остановки. Она сделала вид, что не замечает его, и собралась перейти дорогу. Алан окликнул её.

— Это тебе, — сказал он, протягивая букет.

— Спасибо, но мы так не договаривались.

— Мужчина не должен договариваться с женщиной, если собирается подарить ей цветы. Смешная ты, Лара.

— Смешная? Вообще-то меня называют печальнейшей...

— Ты смешная, когда хмуришь брови. А я вот радостный, что снова вижу тебя. — Почему?

— Так в том-то и проблема, что не знаю, откуда эта беспричинная радость взялась!

— А мне грустно, — разглядывая хризантемы произнесла Лара.

— Чем вызвана твоя грусть?

— Не знаю... Знала бы причины, прогнала бы. Грустно и всё... Легко прогонять то, что имеет форму и имя... А так, получается поединок с пустотой,- на выдохе сказала Лара.

— Раздели со мной свою грусть,- предложил Алан.

— Невозможно разделить пустоту...

— Трудно тебя вызвать на откровенный разговор. Ты ускользаешь от ответов.

А мне хочется познать твои глубины Лара. Ты пустишь меня до своих глубин?

— Нет. Потому, что там ничего особого нет, как в морском дне — один песок...

— Это как посмотреть... Поужинаем вместе?

— Нет. Я жду звонка от Эда.

— Тогда может быть завтра?

— Завтра он приезжает ко мне. Извини мне пора. Спасибо за цветы. Пока!

Лара сидела в офисном кресле и удаляла смс-ки от Эда.

— Как прошла встреча с твоим суженым? — спросила Кристина, подсаживаясь рядом с Ларой.

— Нормально. Он обещал снова приехать через три недели.

— Слушай, вчера мы отмечали день рождения моей подруги. Пришёл Алан и грустил весь вечер, — тихо, чтобы не услышали другие сотрудницы, поделилась Кристина.

— А что с ним?

— Ты не понимаешь, да? — возмутилась Кристина.

— Нет.

— Он же запал на тебя!

— Что значит запал?

— За один вечер он так часто произносил твоё имя, что все догадались о том, что он влюблён!

— У меня есть Эд.

— Вот почему так? Он в тебя влюблён, а тебе не нужен, Получается, любовь это большая ложь, — размышляла Кристина.

— Любовь есть это правда, которую мы заслужили... Правда о нас самих, — сказала Лара и собралась выйти из кабинета.

Едва Лара выключила телевизор, в дверь постучали. Опять, наверное, к соседям подумала она и отправилась на кухню. Стук повторился. Открыв дверь, она увидела на пороге Алана с белым голубем в руке.

— Ты что пьян?

— Нет.

— А зачем голубь?

— Не знаю... Подумал, может ты захочешь отпустить его в небо, — растерянно ответил Алан.

Через несколько минут Лара держала в руках птицу и закрывала глаза от страха.

— Не бойся! Раз, два, три! Отпускай его!- крикнул Алан. Лара выпустила голубя, и он полетел в небо...

— Как у тебя с Эдом? — спросил Алан, наблюдая за улетающим голубем.

— Мы поссорились, — ответила Лара, опустив глаза.

— Мне это на руку.

— Почему?- спросила Лара.

Алан не ответил, и лишь прикоснулся рукой к её волосам. Лара попыталась его оттолкнуть, но он прижал её к себе и начал целовать. Лара всё- таки оттолкнула его и торопливо направилась в сторону подъезда. Алан крикнул ей вслед:

— Я люблю тебя, вредина!

В эту ночь Лара долго не могла уснуть. Она вспомнила улетающего в небо голубя. В этот момент ей показалось, что она отпустила вместе с ним свою боль. Большую боль на его маленьких крыльях...

Лара и Алан начали встречаться. Алан ничего не спрашивал про Эда. Лара ждала подходящий момент, чтобы поговорить с ним. Так пролетел месяц.

Однажды, Алан промокший от дождя пришёл к Ларе. Она напоила его чаем и, удалившись в комнату, вернулась с подарком в руке и протянула его Алану. Развернув серебристую фольгу, Алан увидел свитер, который примерял в магазине.

— Тот самый? Почему ты не подарила ему?

— Потому, что... Эда не существует. Я его придумала, — виновато ответила Лара и опустила глаза. Алан молчал. Лара подошла к окну и начала ему рассказывать:

— Со мной в институте училась сокурсница. Она была некрасивая, но очень яркая. Она влюбилась в самого красивого парня на факультете. Он с ней переспал пару раз и бросил. Обсмеял при всех, рассказывая как испугался, увидев её на утро без косметики. С того дня сокурсница замкнулась в себе. Перестала ходить на занятия. Я очень переживала за неё. Но однажды она вернулась другой. Была ярко одета, всем улыбалась. Кто-то сказал, что у неё появился парень по имени Влад. Никто его никогда не видел. Но все знали, что у неё кто-то есть. Что кому-то она нужна. Мы закончили институт, и разлетелись в разные стороны.

Когда зимой я поехала в командировку, встретила её в аэропорту. Она вела за руку сына и шла рядом с супругом. Она была такая красивая! Мы поговорили с ней немного. Я рассказала ей о себе. О том, что погиб Расим. О том, что люди вокруг учат меня жить и делают больно. Она обняла меня и рассказала мне, что Влада не существовало. Что она придумала его для того, чтобы самой поверить в него.

— Люди, которые устроили свою жизнь, считают, что у них есть право учить одиноких жизни. Пытаются своё счастье сделать образцом. Вот только нет у счастья образцов. Жизнь не демонстрационный зал, и счастье не образец. Нет глупее фразы: А вот Я...

Невинная сладкая ложь как вещий сон, сбудется для тех, кто сам поверит, — поделилась со мной она.

— Когда я возвращалась домой с Алматы, всю дорогу думала о её словах. Многих людей вокруг меня интересует моя личная жизнь. Никто не несчастен по собственному желанию. Кто-то не умеет быть счастливым. Кто-то ещё не готов принять счастье в свою жизнь. Но каждый одинокий человек ждёт свою половинку. Жизнь не лошадь, чтобы торопить её плетью... Жизнь сама знает в какой момент подарить встречу. Я вернулась в Кокшетау и придумала Эда. Каюсь, сама посылала себе цветы и фрукты. Отправляла сообщения со второго номера. И в тот день, когда я отпустила в небо птицу, я поняла, что пришло время расстаться с этой маленькой ложью... Прости меня Алан! Сейчас вот призналась тебе и мне стало легче. Правда — это чистый воздух для сердца. Чем бы я не оправдывала свой поступок, правда была и остаётся королевой страны совести, — рассказывала Лара со слезами на глазах. Алан подошёл к ней крепко обнял.

— Лара, ты меня любишь?

— Нет, — холодно ответила она

— И не полюбишь?

— До любви осталось пара шагов и несколько минут, — ответила Лара шёпотом и поцеловала его в губы.

— Я люблю тебя вредина! — произнёс нежно Алан

В это время, за городом покрывая плечи снегом, словно перьевым палантином, спали горы. Пока горы спят, по невидимым тропинкам Любви, любящие находят любимых ...

Батик* — ручная роспись по шёлку.

Маренго** — чёрный, с серым отливом.